Ru
En
Наше мнение

Только по сути

01 октября 2018

Павел Грудинин оказался в центре судебного спора

Еще один спор о землях подмосковного Совхоза имени Ленина. На этот раз речь о делах 11- и 8-летней давности. Истцы — миноритарии сельхозпредприятия. Ответчик — компания бизнесмена Араса Агаларова. Третья сторона — гендиректор Совхоза Павел Грудинин. Суть следующая: некогда Совхоз передал два земельных участка компании «Каширский молл».

Когда-то Совхоз и сам был ее совладельцем, но сейчас она полностью принадлежит бизнесмену Арасу Агаларову. На спорной земле, как нетрудно догадаться, — торговый центр. Но недавно миноритарии Совхоза решили возмутиться и оспорить право Агаларова на эту землю. В первой инстанции они, можно сказать, проиграли. То есть формально — частично выиграли. Суд решил, что на один участок они имеют право — в 33 тысячи «квадратов». Но на другой, на главный, в 140 тысяч, не имеют.

Business FM связалась с гендиректором Совхоза, который в данном случае стоит на стороне ответчика — Грудинин сам говорил, что дружит с Агаларовым. Павел Николаевич был в командировке, выбирал лошадей для Совхоза. И кратко рассказал, что за участок сумели отсудить его оппоненты.

«Знаю только, что наши оппоненты очень сильно недовольны решением суда. А что такое «частично удовлетворен»? Это пруд, который никому не нужен, мы передали вместе со всем остальным, чтобы они его обустроили. Иск по пруду они удовлетворили. А кому нужен этот пруд? А все остальные отказали в иске. За что отказали в иске? Что они признавать хотели все сделки недействительными».

Гендиректор Совхоза Павел Грудинин — основной акционер предприятия. Но в данном случае он противостоит мелким акционерам, которые судятся за земли. Это не первые участки. Весной Грудинин проиграл спор за землю, где стоит ИКЕА. И теперь по идее производитель мебели должен вернуть ее Совхозу, а Совхоз вернуть ИКЕА деньги — миллиард рублей. Но там все еще сложнее, потому что участок когда-то продавал не сам Совхоз, а компания, которую создал Грудинин.

Значит, по идее претензии могут возникнуть лично к нему. И, возможно, ему и придется возвращать этот миллиард. Сам он, комментируя все эти процессы, говорит о рейдерстве. Не будем судить, так ли это. Но заметим, что при отъеме собственности как раз нередко используются никому не известные миноритарии, у которых неожиданно появляются претензии к владельцу. Часто бывает, что хозяйственные споры переходят и в уголовные дела. Впрочем, старший партнер адвокатского бюро Forward Legal Алексей Карпенко здесь такого развития не видит. Хотя и допускает.

«Следствие, правоохранительные органы могут заинтересоваться этой ситуацией, могут провести проверку на предмет того, умышленно или неумышленно были в свое время совершены корпоративные действия, кто и какую выгоду извлек, был ли причинен ущерб. Для того чтобы возбудить уголовное дело, нужно установить целый ряд обстоятельств. Могут ли они быть установлены в данном случае? Теоретически могут. Мы мало знаем, для того чтобы судить достаточно четко».

Самый интересный вопрос — что будет дальше? Обиженные миноритарии говорят, что решения о продаже участков принимались без них и деньги от этого они не получили. Хорошо, после завершения всех процессов они, возможно, получат какие-то деньги. Но это же не значит, что торговые центры снесут, а на их месте аграрии начнут выращивать клубнику. Строили там на законных основаниях. Деньги от продажи участков, вероятно, придется вернуть. Но с отношениями тоже что-то придется делать.

 

← Назад